Без категории

Ethimo горный стиль

Итак, как классическая латынь стала настолько бессвязной? По словам МакКлинтока, наборщик XV века, вероятно, перемешал часть труда Цицерона «De Finibus», чтобы предоставить текст-заполнитель для макетирования различных шрифтов для образца шрифтов. Трудно найти примеры использования «lorem ipsum» до того, как Letraset сделал его популярным в качестве текста-заполнителя в 1960-х годах, хотя МакКлинток говорит, что помнит, как наткнулся на отрывок «lorem ipsum» в книге со старыми образцами металлического шрифта. Пока он не нашел место, где когда-то видел этот отрывок, но популярность Цицерона в XV веке подтверждает теорию о том, что текст-заполнитель использовался веками.

Не утруждайте себя вводом «lorem ipsum» в Google Translate. Если вы уже пробовали, вы могли получить что угодно: от «НАТО» до «Китая», в зависимости от того, как вы написали буквы. Странный перевод стал пищей для теорий заговора, но с тех пор Google обновил свой перевод «lorem ipsum» до, как ни странно, «lorem ipsum». Один смельчак все же попытался перевести почти-не-совсем-латынь.

По сообщению The Guardian, Джасприт Сингх Бопараи взялся за эту задачу с целью сделать текст «таким же бессвязным на английском, каким он является на латыни – и сделать его бессвязным тем же способом». В результате «греческая «eu» в латыни стала французской «bien» […] а окончание «-ing» в «lorem ipsum» лучше всего передавалось окончанием «-iendum» на английском языке».

Найдите свой фокус во время работы

В качестве альтернативной теории (и потому что ученые-латинисты этим занимаются) кто-то нашел латинское издание «De Finibus» 1914 года, которое оспаривает утверждения МакКлинтока 15-го века и предполагает, что начало «lorem ipsum» было недавним, вплоть до 20-го века. В издании Loeb Classical Library 1914 года не хватило места на странице 34 для латинской фразы «dolorem ipsum» (сама по себе боль). Таким образом, усеченная фраза оставляет одну страницу с «do-», а другая начинается с теперь уже вездесущего «lorem ipsum».

Независимо от того, решил ли средневековый наборщик исказить известный (но не библейский — это было бы кощунством) текст, или же причуда в издании Loeb 1914 года вдохновила графического дизайнера, это, надо признать, странный способ, которым Цицерон входит в 21-й век.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *